© 2014 - 2019 Институт эффективного  тренинга и профессиональных стандартов (г. Москва)         

 

          +7 (925) 508-79-15

       Если нужен результат!..

 СТАТЬЯ

Работа над принятием реальности как основа современного коучинга и технология сопровождения клиента к экологичным изменениям*.

ОБ АВТОРЕ СТАТЬИ: 


Алексей Леонидович Геращенко, дипломированный психолог и управленец, сертифицированный психотерапевт международной квалификации, системный оргконсультант международной квалификации, ректор Института эффективного тренинга и профессиональных стандартов (г. Москва).

Практика - с 1992 года. Коуч-консультированием в парадигме гештальт-подхода занимается с 1997 года.

Ученик всемирно известных гештальт-консультантов/гештальт-терапевтов: доктора психологии Роберта Резника (USA), доктора психологии, профессора Тодда Берли (USA), доктора психологии Риты Резник (USA), Лив Эстрип, M.S. (USA). 

 

 

Боль существует только в сопротивлении,
Радость — только в принятии.
Даже события, наполненные болью,
Становятся радостными,
Когда мы принимаем их с открытым сердцем;

 

Даже события, наполненные радостью,
Превращаются в болезненные,
Если мы не принимаем их. 

                                                                                           

Нет такой вещи, как плохой опыт.                                                                

Есть просто сопротивление тому, что есть.

 

Джалал ад-Ди́н Руми, 13 век н.э.

   

В современном коучинге существует  ряд проблем, но одна из них требует особого внимания. Это проблема сопровождения клиента на этапе, известном как «реальность». (Whitmore, 1992, 1996) [1, 64].

 

Суть данной проблемы состоит в том, что в коучинге существует повышенный риск однобокого или плоского исследования и восприятия реальности клиента обоими участниками процесса: как самим клиентом, так и его коучем.  Последствия такого восприятия плачевны: и коуч, и клиент не могут быть эффективными на последующих этапах коучингового процесса, а именно на этапе «выбор», где должны исследоваться возможности и пути достижения цели (с опорой на имеющуюся реальность), и на этапе «воля», где речь идет о детальной проработке выбранного варианта достижения цели. Таким образом, клиент идет, говоря словами из русской поговорки, «туда не знаю куда», а коучинг превращается в «фабрику грез» не хуже той, что начинается на востоке Беверли Хилз. Однако с существенным отличием: и клиент, и коуч не знают, что «сняли кино» и именно поэтому, по завершении коучинга, клиент рискует блуждать годы по картонным джунглям в поисках своего «Эльдорадо». А коуч, вдохновленный своим «профессионализмом», рискует «начать съемки» нового фильма с ничего не подозревающим новым клиентом. Итак, проблема обозначена и, кажется, мы можем перейти к двум, традиционно приписываемым русскому, а теперь уже и российскому, менталитету, вопросам: «кто виноват?» и «что делать?».  Однако, думаю, что в данной ситуации вопрос «кто виноват» почти лишен смысла. На мой взгляд, в современном российском коучинге существует своя субкультура, которая может быть обозначена буквально парой-тройкой фраз-слоганов.

Из фраз, наиболее известных это: «Возможно все», «Смелость желать» и «Вижу цель – не вижу препятствий». И коучи, и доверившиеся им клиенты зачастую просто следуют ей, поддерживая и усиливая ее. Почему это происходит, мне представляется понятным. С одной стороны, здесь мы видим влияние двух ключевых системных мотивов: люди хотят испытывать чувство принадлежности и быть признанными. В круге коучей и в круге клиентов. С другой стороны, так работают законы маркетинга. У каждого известного подхода или метода в практической психологии существует свое лицо, своя идентичность. И когда он выходит на рынок, ему нужно броско заявить о себе. И без пафоса это, зачастую, невозможно.

 Так было, например, в 50-е – 60-е годы прошлого века с гештальт-терапией – одним из трех, наиболее известных и эффективных методов современной мировой психотерапии, который противопоставил себя психоанализу, написав на своем знамени - «здесь и сейчас», «здесь и как». Это была цель гештальт-терапии: научить человека жить настоящим, не уходя в бесконечный анализ прошлого и не убегая в пустые мечты о будущем. Это было и средство: «здесь и сейчас», как практика осознавания своего существования в мире. Фредерик Перлз, доктор медицины и основатель гештальт-терапии, проводя свои легендарные семинары, говорил: «Нам не нужно рыться а-ля Фрейд в глубинах бессознательного. Нам нужно научиться осознавать очевидное. Если мы понимаем очевидное, все - здесь. Каждый невротик – это человек, который не видит очевидного». (F. Perls, 1969, 1973) [2,137]. Казалось, открыта «волшебная таблетка»: лечение психологических проблем и психических расстройств осознаванием того, что происходит здесь и сейчас. И во многом это было действительно так. Последующие клинические исследования показали, что методы гештальт-терапии действенны и показаны в работе с широким спектром человеческих проблем. Но в 60-е массовый потребитель (как в США, так и далеко за их пределами) пребывал в эйфории насчет открытий гештальт-терапии: многим казалось, что личностно измениться и решить свои многолетние проблемы теперь можно, буквально, на раз-два-три,  не прилагая особых усилий и не работая над собой системно. Казалось, никто не слышит даже самого доктора Перлза, который писал: «…в гештальт-терапии мы стараемся понять слово «сейчас», осознавать то, что происходит в настоящем. Но понимание настоящего может потребовать некоторого времени – от четырех недель до двадцати лет». (F. Perls, 1969, 1973) [2, 137]. Среднестатистический потребитель (причем и со стороны потенциальных клиентов, и со стороны желающих освоить новый метод будущих профессионалов) хотел чуда – моментального исцеления и личностного роста. Чуда не случилось. Была предложена инновационная, серьезная технология, сулящая серьезную работу над собой. И разочарованные любители психологических фокусов и трюков с обеих сторон, отплыли от берегов гештальт-терапии в поисках новых мест обитания.

 Прошли годы. В пантеоне мировой психологии появились новые методы и имена. И, очевидно, что коучинг, появившись как направление в психологическом консультировании в 90-е годы 20-го века, стремится занять на нем свое устойчивое место. И, кажется, к этому есть все предпосылки. Энтони М. Грант – доктор философии и основатель первого в мире отделения психологии коучинга  (Университет Сиднея) пишет: «В своем лучшем исполнении коучинг…позволяет людям использовать все богатство их опыта, навыков, специальных познаний и интуиции, которыми они располагают. Он помогает людям находить индивидуальные и креативные разрешения тех ситуаций, в которых они оказываются на работе и в жизни вообще».  (Grant, 2003) [3, 28]. Но есть и другая сторона медали.

Когда я в качестве приглашенного эксперта выступал с докладами по коучингу на открытии выставки-конференции «Тренинг 2001» в 2001 году и Первой международной конференции по коучингу в России «Коучинг – новые возможности» в 2002 году, фразы-слоганы «Возможно все», «Смелость желать» и «Вижу цель – не вижу препятствий» звучали броско, свежо и ярко. После этих конференций, открывших эру коучинга в России, на протяжении многих лет, мы продолжаем слышать эти фразы, изрядно поблекшие и поистрепавшиеся, в статьях и книгах, на тренингах и конференциях. Странным образом эти старые, но еще не отжившие, лозунги совпадают с моими неформальными исследованиями и наблюдениями, опирающимися, прежде всего, на собственную практику, подготовку и супервизию коучей, которой я занимаюсь с 2001 года и общение с коллегами. Наблюдения показывают, что по мере роста известности и распространения коучинга на российском рынке тренингово-консалтинговых услуг, увеличивается количество негативных отзывов на работу коучей. Мой анализ затруднений коучей, приходящих ко мне на супервизию, сфера деятельности которых - коучинг для организаций и частных лиц, показывает, что от 30 до 35 % их клиентов обозначают по итогам коучинга, что надеялись на лучшие результаты, а порядка 5 % клиентов разочарованы в коучинге. Важно отметить, что об этом мне говорят коучи, прошедшие подготовку в разных школах коучинга, что дает основание полагать, что проблема носит системный характер и не имеет отношения к конкретной школе. Так  же важно отметить, что коучи, которые делятся со мной этой информацией – люди, стремящиеся к самоанализу, к саморазвитию.  И они предлагают эти трудные для них случаи в работе с клиентами, потому что хотят быть более эффективными в профессии. А какой процент коучей от общего числа обращается к супервизору хотя бы через год после окончания программы обучения и получения итогового сертификата? Думаю, этот процент очень мал. И, наверное, можно допустить, что у тех, кто к супервизору не обращается и не выстраивает совместно с ним стратегию работы над своими ошибками, процент клиентов, чьи ожидания от коучинга не оправдались, существенно выше, чем у коучей, проходящих супервизию. 

Если предположить, что те тенденции, которые я вижу, видят и другие коучи-супервизоры, то, полагаю, что пока рост интереса к коучингу не замедлился и не остановился, а такой вариант с маркетинговой точки зрения возможен, в наших силах эту тенденцию изменить. Как? Идея проста.

 

В обучении и супервизии коучей необходимо особое внимание уделять развитию навыков исследования реальности клиента.

 

Зачем это нужно коучу? Какова стратегическая цель такой работы? Стратегическая цель может быть только одна - коуч должен помочь клиенту принять себя таким, какой он (клиент) есть. Коучу необходимо учитывать, что принятие самого себя – процесс, который может длиться всю сознательную жизнь. Поэтому коуч фокусируется на помощи клиенту в принятии тех аспектов его реальности (личностных и прочих других  ресурсов), которые имеют отношение к той цели, которая находится в работе.  

 

Какие грани реальности коуч должен предложить исследовать клиенту?

 

Серж  Гингер (1928-2011) –  выдающийся французский психотерапевт, бывший президент Международной федерации организаций, преподающих Гештальт – FORGE указывает в своих разработках на пять основных аспектов, объединенных в широко признанную модель – Пентаграмму Гингера (Ginger,1987, 1995) [4. 106]. Так как целью данной статьи не является подробное описание методики применения данной модели в коучинге, обозначим основные ее аспекты обзорно. Доктор Серж Гингер рассматривает реальность человека, как состоящую из пяти основных измерений человеческой деятельности и в пентаграмме соотносит их с определенными лучами звезды, отчего его пентаграмма напоминает рисунок Витрувианского человека великого Леонардо да Винчи.

1.     Левый нижний луч. Физическое измерение: тело, сенсорика, моторика, сексуальность, материальное обеспечение…

2.     Левый верхний луч. Аффективное измерение: «сердце», чувства, эмоциональные связи, любовь, значимый другой…

3.     Высший верхний луч. Рациональное измерение: «голова» (оба полушария головного мозга), мысли и творческое воображение…

4.     Правый верхний луч. Социальное измерение:  отношения с другими людьми, человеческое, культурное окружение…

5.     Правый нижний луч. Духовное измерение: религия, вера, идеология, место и значение человека в окружающем космосе и глобальной экосистеме…

В середину пентаграммы доктор Гингер помещает букву G – символически обозначающую гештальт.  Доктор Гингер пишет: «Гештальт всеми силами старается придерживаться многомерного подхода… Он учитывает одновременно все пять измерений. Гештальт не только рассматривает все эти аспекты по отдельности, но концентрирует внимание на систематических взаимодействиях каждого из них с четырьмя другими – и в этом, по нашему мнению, состоит одно из его главных достоинств» (Ginger. 1995) [5. 30-31].  Исследования, проведенные доктором Гингером и его многочисленными последователями, показали исключительные возможности применения Пентаграммы Гингера  в  работе с индивидами, супружескими парами, семьями и организациями в психотерапии, коучинге и оргконсультировании.

 

Как мы можем применить Пентаграмму Гингера в коучинге?

 

Приведу пример. 

Клиент: Вячеслав, 31 год. Руководитель отдела по работе с корпоративными клиентами в IT- компании. Женат 5 лет. Ребенку 3, 5 года (мальчик). В индивидуальный коучинг пришел после того, как принял участие в корпоративном тренинге и прошел посттренинговое сопровождение в стиле коучинг.  Ситуацию и первоначальный запрос сформулировал так: «Меня зовут друзья в новый бизнес. Предлагают должность генерального директора.  С возможностью войти в долю и очень приличными возможностями заработка. От меня нужны мои знания рынка, клиенты и деловые навыки. А я всегда мечтал открыть что-то свое. Но сейчас кризис и моя жена опасается, что если я рискну, то поставлю на кон очень многое и прежде всего финансовую стабильность семьи. Хочу принять взвешенное решение, в котором я буду уверен, за которое потом не будет стыдно».

 Примерные итоги этапа работы над целью:  «Хочу начать зарабатывать  минимум в 1,5-2 раза больше через полтора – два года. Хочу иметь возможность самостоятельно принимать управленческие решения и заниматься стратегическими вопросами.  Хочу максимально раскрыть и использовать свой потенциал. Хочу, чтобы я и моя семья постепенно, в течение этих лет вышли на новый уровень жизни, что будет проявляться в том, в каких магазинах мы будем обслуживаться, где мы будем отдыхать, в какую школу пойдет мой ребенок и т. д». В процессе работы над целью было заметно, что Вячеслав все больше связывает ожидаемые позитивные перемены с поступившим предложением от своих коллег и воодушевляется открывающимися перед ним уникальными возможностями и перспективами.

 Наступил этап работы по осознанию реальности. Отвечая на вопросы коуча в течение двух сессий, каждая из которых длилась по полтора часа, клиент постепенно осознал, что…не может принять предложение своих друзей.  Что же произошло? Выяснилось, что Вячеслав живет в квартире, купленной в кредит, и что изначально его супруга очень опасалась этого шага, но его повысили по службе с повышением зарплаты на треть и он уговорил супругу рискнуть. При этом его родители, хотя от них семья Вячеслава всегда была финансово  независимой, были категорически против такой покупки квартиры и даже пытались оказывать моральное давление на своего сына. Их главные обвинения были в сторону нежеланной невестки: «это она вьет из тебя веревки, она тебя заставила брать кредит, идти в рабство».  Как только это стало происходить, супруга намного сильнее начала поддерживать сторону Вячеслава. И их отношения, и без того хорошие, стали еще более доверительными и ресурсными для обоих. Квартира была куплена. Родители не общались с семьей сына почти полгода. Но потом постепенно начали. С тех пор прошло более двух лет. К регулярным выплатам кредита супруги привыкли. Жизнь вновь стала предсказуемой и стабильной. И вот сейчас, исследуя свою реальность и, в частности, аффективное измерение (левый верхний луч пентаграммы) Вячеслав понял, что просто не может позволить себе рисковать. «Я удивлен самому себе. Еще две недели назад я бы не поверил, если бы мне сказали, что я решу отказаться от этого предложения. А сейчас я осознал, что не готов ради своих амбиций в очередной раз ввести в стресс свою семью и, в особенности, супругу – по-настоящему родного и близкого мне человека. Я думаю, мы все заслужили спокойную жизнь. А она больше всех» - с такими словами закончил анализ своей реальности Вячеслав.  И, помолчав, добавил:  «Как гора с плеч свалилась. И дышится легче. А теперь самое сложное – это отказать друзьям. Ведь они на меня рассчитывают».  «Это может быть новой темой для коучинга»  - заметил коуч.

Легко ли далось Вячеславу это осознание реальности? Конечно, нет.  Продвинулся ли он в принятии новых граней самого себя? Конечно, да.

 

Как же здесь сработал коучинг и почему он сработал именно так?

 

Клиент знал решение своей задачи на бессознательном уровне. А на сознательном уровне воспринимал себя и сложившуюся ситуацию совершенно иначе, через призму общепринятых  норм и ценностей: необходимо воспользоваться этой возможностью,  реализовать себя, выйти на новый качественный уровень. И как вы думаете, куда мог бы коуч увести Вячеслава, если бы придерживался его целей и на реальность смотрел бы лишь через призму их достижения?

Коуч поступил от обратного: он помог Вячеславу увидеть то очевидное, что, странным образом, было скрыто от Вячеслава.  Как? Задавая вопрос за вопросом, способствуя расширению осознавания клиента и не принимая за истинные потребности цели клиента.

 

И вот именно такому образу мышления и образу действий, который в мировой практике принято называть системным, мы должны, на мой взгляд , учить наших современных коучей, если хотим, чтобы у коучинга в нашей стране было будущее.  

 

 

Список литературы:

 

1.     Джон Уитмор «Коучинг -  новый стиль менеджмента и управления персоналом»  М.:  «Финансы и статистика», 2001.

2.     Фредерик Перлз «Гештальт-подход»,  «Свидетель терапии» М.:  Издательство Института Психотерапии, 2001.

3.     Э. Грант, Дж. Грин «Коучинг принятия решений» Санкт-Петербург:  «Питер», 2005.

4.     Серж Гингер, Анн Гингер «Гештальт – терапия контакта» Санкт-Петербург: «СпецЛит», 2001.

5.     Серж Гингер «Гештальт: искусство контакта» М.:  «ПЕР СЭ», 2002 .

6.     Арист фон Шлиппе, Йохан Швайтцер «Учебник по системной терапии и консультированию» М.:  Институт консультирования и системных решений, 2007.

 

* Настоящая статья вышла в свет в 2015 году в сборнике научных статей "КОУЧИНГ: ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ В УПРАВЛЕНИИ И ОБРАЗОВАНИИ", выпущенной под эгидой Министерства образования и науки Российской Федерации, в Федеральном Государственном Бюджетном Образовательном Учреждении Высшего Профессионального Образования Российском экономическом университете имени Г.В. Плеханова.

Сборник включил в себя материалы одноименной международной научно-практической конференции, проходившей 27 мая 2015 года в РЭУ им. Г.В. Плеханова. На данной конференции Алексеем Л. Геращенко было представлено выступление по теме статьи.